Zelenyikot: Открытый космос

Коммерческие перспективы «Роскосмоса»

Сегодня российская космическая отрасль немало работает по иностранным заказам и в международных проектах. Однако прежние заказчики — США и Европа — сокращают или собираются сокращать сотрудничество. Может ли «Роскосмос» удержать прежних и заинтересовать новых заказчиков?

С 90-х годов российская космонавтика встраивалась в международное разделение космического труда, и по некоторым направлениям преуспела в этом. В прежние годы на десятках российских «Протонов» стартовали иностранные геостационарные коммерческие спутники связи. Мировая «микроспутниковая революция» свершилась во-многом благодаря конверсионным российско-украинским ракетам «Днепр», с их выгодными услугами запуска малых аппаратов. С вод Тихого океана стартовали ракеты «Зенит» по российско-украинско-американскому проекту «Морской старт». Подмосковные двигателестроители НПО «Энергомаш» нашли стабильные заказы в США на свои РД-180, а потом и РД-181. Самарские ракеты «Союз» с химкинским разгонным блоком «Фрегат» вошли в парк ракет французской компании ArianSpace и регулярно летают с космодрома Куру во Французской Гвиане.

Европейские производители спутников связи приобретают калининградские плазменные двигатели СПД для своих аппаратов. Наконец, американское космическое агентство NASA активно закупало с 2006 года посадочные места в космических кораблях «Союз» для доставки астронавтов на Международную космическую станцию.

С другой стороны, эти наглядные успехи, не отражают крайне малую долю российской космонавтики на мировом космическом рынке. Сегодня мировой космический рынок достигает объема более $300 млрд ежегодно, и государственные средства там занимают примерно четверть. В коммерческом космосе, основные доходы обеспечиваются телевещанием, ретрансляцией данных, продажей пользовательского оборудования и предоставлением геоинформационных услуг. «Космическое железо», т.е. производство ракет и спутников, запуски на орбиту, составляют меньше 8% от всего рынка. Доля России в общих коммерческих доходах из космоса менее 1%, даже если считать доходы АО «Газпром Космические системы» и ФГУП «Космическая связь», которые не входят в структуру «Роскосмоса». Доля «Роскосмоса» в «железной» части космического рынка им самим оценена в 8,5% на 2017 год.

Под давлением ряда экономических и политических факторов в последние годы значение российского космоса в мире сокращается. Ракеты Falcon 9 частной космической компании SpaceX, для коммерческих заказов, оказались дешевле и надежнее, чем российские «Протоны». Российско-украинское обострение поставило крест на совместных ракетах «Зенит» и «Днепр». Европейское космическое агентство активно разрабатывает ракету Ariane VI, которая должна заменить «Союз-СТ». В США серьезно озаботились зависимостью своих госпрограмм от российских двигателей РД-180, и финансируют создание новых двигателей и новых ракет без российских комплектующих. Успешное испытание космического корабля Crew Dragon и будущее испытание корабля Starliner должны вернуть США возможность самостоятельного запуска своих астронавтов в 2020 году, что приведет к значительному сокращению заказов на наши «Союз-МС».

Падение доходов от иностранных космических заказов наблюдаются сейчас или ожидается в ближайшие годы практически по всем прежним поводам для гордости за коммерческие успехи отечественной космонавтики. Где-то впереди еще маячит конкуренция с китайскими и индийскими ракетами. Индия еще не создала тяжелые ракеты, а Китай пока не пускают на космический рынок санкции Госдепа США.

В сложившейся ситуации закономерно два вопроса:
— Нужно ли нам вообще стремиться на внешние рынки?
— Готова ли наша космонавтика к участию в международной рыночной конкуренции?

Ответ на первый вопрос требует отдельного разговора, но предположим «Да», тогда что конкурентоспособного Россия может предложить мировому рынку?

Ракета «Протон»

Всего несколько лет назад «Протон-М» был самой популярным средством для геостационарных запусков коммерческих спутников, а потом ракета стала падать в полтора раза чаще, а Илон Маск сделал ракету Falcon 9 на $3 млн дешевле. Производитель «Протонов» Центр Хруничева даже разработал облегченный вариант ракеты, сниженной высоты и стоимости — «Протон Средний», но слишком поздно. Накопленные долги не позволили предприятию довести ракету до летных испытаний, а ставка «Роскосмоса» на «Ангару» исключила поддержку госкорпорации.

Чтобы «Протон Средний» полетел потребуется довести разработку до воплощения в «железе», но, это только полдела. Потребуется еще произвести модернизацию колонны обслуживания ракеты на стартовом столе на Байконуре, а на это денег нет. «Роскосмос» сейчас все ресурсы направляет на космодром Восточный и строительство стартового стола для «Ангары», а модернизировать инфраструктуру старого космодрома никто не спешит. Тут можно было бы поискать частного инвестора, но если такие попытки и предпринимались, то пока безуспешно. Производство двигателей для «Протона» завершается. Ракета еще будет летать несколько лет, но это будут изделия произведенные ранее.

Хотя по цене и возможностям «Протон Средний» мог бы стать единственным в мире конкурентом многоразового Falcon 9 на ближайшие годы.

Ракета «Союз-2»

Одна из самых надежных ракет, самого популярного в мире среднего класса. Можно удивляться провидческому гению Королёва, создавшего в 50-60-е годы ракету, которая полностью востребована и сегодня. Вместе с разгонным блоком «Фрегат», ракета подходит для запусков грузов до 8 т на низкую околоземную орбиту и до 1,2 т на межпланетную. Исключение пока составляют только тяжелые геостационарные спутники, для которых нужны более тяжелые ракеты, но сейчас даже они уменьшаются и можно ожидать появление спроса на «Союзы» и в этом сегменте. Малые околоземные спутники сегодня активно развиваются, число коммерческих и образовательных аппаратов растет и «Союз» оказывается востребован не только для целевых запусков, но и попутных.

Хотя сегмент низкоорбитальных запусков популярен, у «Союза» мало конкурентов благодаря его низкой цене. До недавнего времени единственным конкурентом была индийская PSLV, но недавно в этот сегмент решил зайти и Илон Маск со своей тяжелой многоразовой ракетой Falcon 9. Для запуска малых аппаратов большая грузоподъемность не нужна, например тот же Falcon 9 запустивший 3 декабря 64 малых спутника, суммарно вывел около 4 т, что составляет 20% его грузоподъемности и 50% от «Союза».

К счастью, пока Falcon 9, даже в многоразовом варианте, дороже «Союза», но расслабляться не стоит. Главная конкуренция разворачивается в качестве услуг: стоимость выведения, возможности средств выведения, срок от заключения контракта до старта, гибкость выбора услуги, удобство для заказчика и т.п. И тут у России есть конкурентное преимущество в виде разгонного блока «Фрегат», который обладает возможностью многократного включения двигателей и позволяет разные типы грузов разводить по разным орбитам высотой от 400 до 800 км за один пуск ракеты.

То есть техника для конкуренции у нас есть, но нужно уметь ее продавать. Скучные видеотрансляции пусков с однообразными «десять секунд полет нормальный», отсутствие видео в прямом эфире с ракеты и разгонного блока — это отличает наши запуски не только от шоу частника Илона Маска, но и от вполне государственных индийских ракет. Насколько я знаю, разговоры о «рокеткамах» ведутся давно, и они даже устанавливаются, но вывести с них трансляции в реальном времени не удается. Отказ от такого очевидного способа рекламы нашей продукции показывает инертность государственной организации, ее неготовность быстро подстраиваться под интересы клиентов и собственных отделов маркетинга.

По рассказам участников международных космических конференций и выставок, самая неактивная часть мероприятия — российская, даже когда она есть. По привычке, наши ракетостроители просто сидят и ждут когда им принесут заказы. Хотя, есть попытки изменить данный подход. Недавно в России создали частно-государственную компанию GK Launch Services, чтобы активнее продвигать «Союзы» на международном рынке. Но они только начинают, для примера, в их twitter меньше 400 подписчиков. В twitter основателя SpaceX Илона Маска — больше 25 млн. Да, контракты на ракеты подписываются не через twitter, но большие достижения складываются из маленьких дел, которыми пора бы заняться активнее. К чести GK Launch первые усилия в пиаре уже предпринимаются. Смогли создать даже онлайн-калькулятор заказа запуска.

Спутник «Аист-2Д»

Малый космический аппарат (по российской классификации), для фотосъемки поверхности Земли. Имеет массу 530 кг и несет несколько приборов для дистанционного зондирования и изучения условий космического полета. Спутник является экспериментальной разработкой РКЦ «Прогресс», который производит и ракеты «Союз».

«Аист-2Д» поставляет неплохие данные, и успешно работает третий год, но интересен не только сам по себе. Создание и запуск этого спутника показал, что наши разработчики могут делать современную космическую технику, не уступающую мировому уровню. Хотя иностранные аналоги имеют массу в 2-3 раза меньше, но стоимость разработки и производства нашего аппарата — около $10 млн — вполне конкурентна. Даже можно сказать рекордно низкая, для работы такого уровня.

Сейчас разработчики «Аиста-2Д» надеются получить государственный заказ на целую серию таких модернизированных аппаратов, которые станут тяжелее. Хотя весь мир сейчас идет к уменьшению размеров и массы, и увеличению количества запускаемых спутников. Дистанционное зондирование Земли — самый быстрорастущий сегмент космического рынка. Нашим разработчикам стоило бы рассмотреть возможность создания облегченной платформы, привлечения коммерческих партнеров, как отечественных так и зарубежных, и тогда можно было бы конкурировать не только в спутникостроении, но и в продаже спутниковых снимков и геоинформационных услуг.

Плазменные двигатели ОКБ «Факел»

Электроракетные двигатели используются в космосе с 70-х годов в системах ориентации космических аппаратов. В начале 2000-х европейские заказчики усмотрели выгоды от использования российских плазменных СПД-100, которые делают в Калининграде. Ранее плазменные двигатели использовались для коррекции орбиты и стабилизации геостационарных спутников. В последние годы набирают популярность т.н. «полностью электрические» геостационарные платформы, в которых не применяются двигатели с химическим топливом. Использование электроракетной тяги, с газом ксенон в виде рабочего тела, увеличивает длительность эксплуатации спутников, снижает их массу и стоимость подготовки к запуску из-за отсутствия токсичных компонентов, позволяет использовать ракеты меньшей грузоподъемности.

Плазменные и ионные двигатели производят и в Европе, и в Японии, и в Китае, так что конкуренция на рынке жесткая, но отечественная продукция выигрывает в цене, имеет многолетнюю летную практику, и доверие постоянных клиентов.

Еще одно направление, двигателестроения, которое набирает популярность в мире — т.н. «зеленое», т.е. нетоксичное химическое топливо. По этому направлению тоже ведутся разработки в Калининграде.

Ракетные двигатели НПО «Энергомаш»

Экспортные ракетные двигатели РД-180 для ракеты Atlas V компании United Launch Alliance являются гордостью отечественного двигателестроения, зарекомендовали себя высокой эффективностью и практически 100% надежностью. Многие известные космические миссии NASA были подняты с Земли именно российскими двигателями: New Horizons, Curiosity, Osiris-REx, InSight. Пентагон также охотно использует их для своих запусков. Отказ США от РД-180 продиктован исключительно политическими соображениями, и в других обстоятельствах контракт бы продлевали несмотря на все успехи американской частной космонавтики.

Другой американский ракетный производитель Northrop Grumman продолжает закупать следующее поколение двигателей — РД-181. На них запускаются гражданские ракеты Antares для снабжения Международной космической станции, и политические противоречия пока их не затрагивают.

Оба этих типа двигателя исторически идут от РД-170, который создавали для сверхтяжелой ракеты «Энергия». От их приобретения не отказался бы и Китай, который работает над своей сверхтяжелой ракетой, только ему не хотят продавать сами российские двигателестроители из опасений копирования технологий. Сегодня развитые в космонавтике страны стараются разрабатывать двигатели самостоятельно, а российские двигателестроители не готовы передавать технологии, как это было в 90-е по контракту с США.

В качестве перспективных рынков для двигателей «Энергомаша» можно рассматривать развивающиеся страны, решившие начать свою космическую программу, как было с Южной Кореей. Другое направление — сотрудничество с российским частником S7 Space, который намерен выводить свои ракеты на международный рынок, и оборудовать их РД-171.

Космические корабли «Союз-МС»

С появлением американских частных космических кораблей «Роскосмос» потеряет крупного стабильного заказчика, который приносил по $0,5 млрд ежегодно в нашу космонавтику. Полеты «Союзов» на МКС всё равно продолжатся, несмотря на заказ NASA поэтому появляется возможность привлечения других частных, коммерческих или государственных заказчиков.

Первый коммерческий космонавт, чей полет был оплачен его работодателем, полетел еще в 1990-м году. После этого были европейские и американские астронавты на «Мире», чьи полеты на «Союзах» также оплачивались. С 2001 по 2009 проходили частные туристические полеты, и сегодня ничто не мешает их возобновить. С 2009-го по 2018-й годы количество долларовых миллиардеров в мире удвоилось, а миллионеров выросло примерно в полтора раза, поэтому можно ожидать, что в ближайшие годы найдется 10-15 человек способных заплатить $30-40 млн за семидневный полет на низкую околоземную орбиту.

В мире имеется несколько стран с космическими амбициями, но без пилотируемых средств доставки: Евросоюз, Великобритания, Япония, Индия, Объединенные Арабские Эмираты, Австралия, Бразилия, Южная и Северная Кореи, Иран… Из всех перечисленных, только Индия движется в сторону своих пилотируемых средств, но даже им российский опыт может быть полезен. Объединенные Арабские Эмираты уже готовят свой отряд космонавтов, которые будут запущены на наших «Союзах». Великобритания после Брекзита уже не может доставлять своих астронавтов в числе экипажей NASA и ESA, поэтому может вернуться к практике 90-х годов, и оплачивать «Роскосмосу» каждый полет самостоятельно.

Коммерческие полеты, т.е. инициированные и оплаченные компаниями или корпорациями, тоже возможны. Цели таких полетов могут быть связаны как с рекламой и пиаром, так и с проведением каких-либо экспериментов или испытаний в космосе (при сохранении рекламного эффекта).

Вряд ли новые пассажиры «Союза-МС» будут оплачивать «кресло» по цене NASA — $70-80 млн, так что доходы «Роскосмоса» от пилотируемой космонавтики всё равно упадут, но не до нуля. В перспективе можно замахнуться и на облет Луны.

Биоспутники

Проведение биологических экспериментов в космосе далеко не самый емкий рынок, но Россия в нем практически монополист. Больше ни в одной стране нет автоматических космических аппаратов, позволяющих длительные биологические эксперименты на низкой околоземной орбите, с возвращением на Землю всех образцов. Единственный альтернативный вариант — проведение экспериментов на МКС и возвращение на кораблях «Союз» или Dragon, но там действуют сильные ограничения и сложные согласования, связанные с безопасностью экипажа.

На Западе сильный эффект на проведение научных биологических экспериментов оказывают зоозащитные организации. В России же с этим намного проще, поэтому многие иностранные исследовательские институты, в том числе NASA, сотрудничают с нашими космическими биологами как в экспериментах на МКС, так и биоспутниках.

Я практически уверен, что никто в России не пытался оценить коммерческий потенциал возвращаемых космических аппаратов. Думаю, заказчики найдутся не только на полет мушек и мышек.

Спутники связи и дистанционного зондирования Земли

Рынок производства спутников в несколько раз более емкий чем ракетный, но в нем нашим спутникостроителям патологически не везет. Больше половины всех космических аппаратов, созданных по иностранным контрактам вышли из строя сразу или до истечения гарантийного срока. Далеко за примерами ходить не надо: KazSat-1, AMOS-5, EgyptSat-2, Кондор-Э, Angosat…

Однако, отказываться от новых попыток не стоит. Космический рынок развивается, на него стремятся новые участники, и российское спутникостроение обладает конкурентными преимуществами, которые можно использовать в полной мере: низкой стоимостью производства и запуска и независимостью от ограничений США на распространение технологий. К сожалению, теми же преимуществами обладает и Китай, поэтому тут следует готовиться к жесткой конкуренции,

Все вышеперечисленные направления не позволят вывести «Роскосмос» на самоокупаемость, и не гарантируют решение всех его проблем. Данный обзор подготовлен для другого. Мне хотелось показать, что наша космонавтика вполне конкурентоспособна на мировом рынке, несмотря на успехи Илона Маска или Джеффа Безоса, китайской или индийской космонавтики. Но это же и не означает, что можно сидеть сложа руки. Ситуация сегодня как у классика: «нужно бежать чтобы остаться на месте и бежать еще быстрее, чтобы двигаться вперед».

Чтобы эффективно конкурировать «Роскосмосу» придется открыть для себя такие науки как маркетинг и пиар, и понять, что это не ругательства, а такие же необходимые для успеха знания как газодинамика, баллистика или теория надежности. Хотя начать стоит с именно с надежности — болевой точки «Роскосмоса», которая не исчезает несмотря на все усилия сменяющихся руководителей. Пока у нас падает каждая 15-я ракета, конкурентов нам не одолеть.

С Днем космонавтики!